Самые передовые и современные идеи и мысли о дизайне в разных областях человеческой деятельности: архитектуре, технике и быте.

Последние комментарии

Дизайн

 

Бедный Челябинск!

Единственный, кажется, символический ресурс, к которому его гуманитарная публика могла обоснованно прибегать, изъят по той, вероятно, причине, что город считается чересчур «советским». То, что в городе уцелели островки конструктивизма, то, что интерьеры некоторых зданий украшены кружевом каслинского литья. То, что соцгородок и озеро Первое - замечательные свидетели уже ушедшей эпохи - все это, похоже, не вписывается в схему поэтизированной провинциальности с ее упорством высокой культуры и якобы не пустеющими краеведческими музеями. Неслучайно на урбанистических конференциях часто возникают коллизии между «хорошими местными» и «плохими приезжими», проистекающие из неявно разделяемой многими посылки: проживание в данном городе, знание изнутри его реалий делает местного исследователя заведомо более надежным авторитетом. Надежность его экспертизы неотделима от повседневности, в которую он погружен. Другим истоком этого устойчиво воспроизводящегося стереотипа является принцип значимости доверия для функционирования научных сетей: многое в них издавна строится на свидетельствах из первых рук. Тех, кто видел этих животных, наблюдал эти процессы, присутствовал при этом событии, собрал эти воспоминания.

Конкретная местность влияет на организацию научных исследований, предопределяет то, насколько велики шансы их популяризовать, и то, откуда будет почерпнута их авторитетность. Разнообразие научных практик, в принципе возможных сегодня, однако же ограничивается конкретными траекториями научной социализации, существующим международным и внутренним разделением научного труда, капризами финансирования. Различающиеся от места к месту типы культурного и социального взаимодействия предопределяют и то, как взаимодействуют знания, произведенные в разных местах.

«Производители» урбанистического знания находятся в сложных отношениях с теми, в чьих профессиональных услугах город и горожане нуждаются - архитекторами и планировщиками, ландшафтными дизайнерами и дизайнерами интерьеров, специалистами по РЯ и маркетингу. Во втором случае это экономические интересы клиентов - будь это состоятельные люди или городские администрации, определяют, каков будет производимый продукт. Практические профессии и дисциплины поэтому больше связаны с переговорами по поводу бюджета проекта, торгом, манипуляцией вкусами и предпочтениями заказчика, политическими обстоятельствами. Те же, кто размышляет над эстетическими достоинствами созданного в городе или вычленяет его социальные смыслы, свободны преследовать свои субъективные интересы и высказывать индивидуальные оценки, рискуя не найти на них спроса. Кто же является адресатом местно производимого социальногуманитарного знания о городе? Это сложный вопрос. Глобализация усилила интерес к другим, часто экзотическим, местам, но нередко оказывается, что, поездив и посмотрев (и, возможно, убедившись, что в коммерческом туризме маркетинг мест активно опирается на «легенды и мифы»), горожане свежим взглядом, «туристски» смотрят и на близлежащую территорию. Носители социально-гуманитарного знания способствуют тому, чтобы она была должным образом «упакована» для местного туризма. Чиновники городских администраций и областных организаций, мечтающие продвинуть подведомственную территорию вверх по шкале федеральной значимости, тоже составляют часть такой аудитории. Но если представить невозможное, а именно, что городская администрация оплачивает исследования города, не связанные с грядущими выборами, то сложность, которая подстерегает покупателей, заключается в том, что им предстоит делать выводы из заключений ученых, не зная теоретического контекста, в котором эти заключения только и имеют смысл. Востребованность произведенного знания зависит о того, можно ли результаты анализа одного города использовать для понимания другого? Для тех, кто имеет дело с советскими и постсоветскими городами, Это еще и проблема «интересности» того, чем мы занимаемся, друг для друга и в более широком контексте (социальном, международном, и прагматически-коммерческом контексте).

Рассмотрим кратко два варианта позиционирования исследователями себя в отношении к городу и к другим. «Исследователь» vis-à-vis «турист», «житель», и «фланер» - такой набор возможных позиций по отношению к городу предлагают О. Запорожец и Е. Лавринец , скептически подчеркивая в отношении «классической» исследовательской позиции.

Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого