Самые передовые и современные идеи и мысли о дизайне в разных областях человеческой деятельности: архитектуре, технике и быте.

Последние комментарии

Дизайн

 

Урбанистика и социальная теория

Трансформации городов и посвящена эта книга. Она озаглавлена «Современная урбанистика», но единственное число не должно ввести в заблуждение. Urban studies и urban theory - общепринятые наименования целого спектра тенденций, позиций и интерпретаций, которые стремятся сформулировать понимание городской жизни, выходящее за пределы тех конкретных обстоятельств и случаев, в которых было порождено. Академические исследования, нацеленные на понимание городов, представляют собой сравнительно молодую отрасль знания: им немногим более ста лет. В своем развитии они оказались тесно соединенными с социальной теорией.

В ходе фиксации европейскими философией и социологией масштабных социальных трансформаций модерности город «синекдохически» выступает как самая «представительная» часть общества, олицетворяя и проявляя взаимосвязь индустриализации и урбанизации, отчуждения и нормализации. Так, Адам Смит (1776) толковал о городе как воплощении происходящих в XVIII в. перемен, состоящих в нарастании значимости производства, а не только торговли, как источника «богатства нации». Разделение труда в мануфактурах вроде булавочной фабрики стало для него прообразом более масштабного разделения труда - между городом и деревней, промышленностью и сельским хозяйством. Только в больших городах, заявлял он, возможны некоторые виды производства, одним из первых тем самым накрепко соединив осмысление урбанизации и индустриализации.

Два века спустя Макс Вебер в своем «Городе» (1921) сделает город воплощением уже не экономической, но политической сути социальной организации. Автономность города достигается через политику, что проявляет природу города как «сообщества» с особыми политическими и административными институтами. Город тем самым - часть масштабного исторического процесса, в ходе которого общество создает институты, помогающие ему доминировать политически и экономически. Этот процесс Вебер называет институциональной рационализацией, а его итогом - бюрократическую администрацию. Когда они соединяются с политикой, возникает национальное государство. Так что город, по логике Вебера, становится как эмблемой общих исторических процессов территориального доминирования и государственного строительства, так и главным реальным местом, в котором эти процессы осуществлялись.

Мой третий пример - Фернан Бродель с его идеей, что западные капитализм и города, по сути, тождественны. Бродель соединяет в своем анализе рынки, власть, производство, не забывая и про сложности выявления первичных и вторичных факторов капиталистического развития Европы и заявляя о том, что, хотя невозможно вычленить первичное и вторичное в процессах развития городов и экономического подъема, все же несомненна огромная роль городов как генераторов или утилизаторов экономического подъема. Этот образ города как независимого актора подхватит другой историк и противопоставит его образу города как продукта социального развития в своем масштабном очерке урбанистической истории. Однако совсем другой актор - национальное государство - надолго стало главным героем европейской истории и, соответственно, социальной теории. В то же время универсалистские притязания социальной теории Х1Х в. были, с переменным успехом, проблематизированы в ХХ в. нарастающим интересом к локальному, и прежде всего городскому. Проявившимся не только в деятельности социологов чикагской школы, в исследовании антропологом Ллойдом Уорнером города Ньюбюри-порт («Янки-сити» в Массачусетсе) и «Миддл-тауна» Робертом Линдтом, и разнообразной последующей работе.

Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого
Машины прошлого